Перейти к публикации
Психологический Форум
Та Самая Алиса

Ещё раз про любовь...

Рекомендованные сообщения

Хотела вчера слить с этой свою тему "О странностях любви", но не получилось...)

 

Ну, думаю, ладно...пусть и будет ещё раз про любовь)

 

Кстати, этот фильм для меня был первым осознанно воспринятым фильмом о любви, хотя первый раз я смотрела его в немом варианте)

 

 

 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

Мне было лет 5 или 6 (в школу ещё не ходила) и мы были в гостях у маминых-папиных друзей. Там была большая квартира, и мы, дети, носились по всем комнатам как угорелые, и мешали застолью взрослых) И тогда хозяйка (мамина подруга решила отправить нас к телевизору (дааа, тогда дети ещё не сидели часами перед теликом), был как раз 10-минутный тайм для мультиков. Мультики мы посмотрели, потом начался этот фильм. Часть детей выскочила из комнаты и взрослые пришли водворять их обратно. Папа увидел, что идет по телику и сказал - "О_о! Опять этот фильм! Да уж, не для деток)" Я с ещё парой детишек стала просить чтоб его оставили и не выключали. Но тут вмешались мамы тех двоих, и моя тоже - "Ну нет, это взрослый фильм". И папа предложил вырубить нам звук - пусть мол, смотрят "немое кино", чтоб потом вопросами не замучили)

А потом я уже смотрела его ещё наверно лет в 16....И потом ещё и ещё несколько раз...

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

1. Профессия изначально должна быть актом любви. И никак не браком по расчету. И пока не поздно, не забывайте о том, что дело всей жизни — это не дело, а жизнь.

2. Мир без любви — все равно что ветер за окном. Ни потрогать его, ни вдохнуть.

3. Раньше я думал, люди взрослеют год от года, постепенно так… А оказалось — нет. Человек взрослеет мгновенно.
Весна — это такое время года, когда очень хорошо начинать что-то новое.

4. На свете не бывает ошибочных мнений. Бывают мнения, которые не совпадают с нашими, вот и все.
Когда ты в лесу, ты становишься частью леса. Весь, без остатка. Попал под дождь — ты часть дождя. Приходит утро — часть утра. Сидишь со мной — становишься частицей меня.

5. Жизнь в городах приучает смотреть разве что себе под ноги. О том, что на свете бывает небо, никто и не вспомнит.
Обнимая друг друга, мы делимся своими страхами.

6. В спокойствии сила.

7. Ошибки — это знаки препинания жизни, без которых, как и в тексте, не будет смысла.

8. Как ни старайся, когда больно — болит.

9. Нужно выплескивать чувства наружу. Хуже, если перестать это делать. Иначе они будут накапливаться и затвердевать внутри. А потом — умирать.

10. Быть честным друг к другу и хотеть помочь — вот главное.

11. Любая пустота обязательно чем-нибудь заполняется.

12. Человеку даруется надежда, и он использует ее как топливо, чтобы жить дальше. Без надежды никакое «дальше» невозможно.

13. Самое важное — не то большое, до чего додумались другие, но то маленькое, к чему пришел ты сам.

14. Часто случается, что именно с пустяка начинаются самые важные в мире вещи.

15. Двигаться с высокой эффективностью в неверном направлении еще хуже, чем вообще никуда не двигаться.

16. Много у тебя в жизни людей, которые бы говорили с тобой о тебе?

17. Если все будет так, как тебе хочется, то жить станет неинтересно.

18. B мою жизнь входят те, кто хочет, и кто хочет – уходит, но есть общие правила для всех гостей: заходя – вытирайте ноги, уходя – закрывайте за собой дверь.

 

12373381_10153155561950899_8240230277270

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

15 «подслушанных» историй о любви

 

Муж сейчас в командировке. Звонит мне каждый вечер перед сном, чтобы я ему спела колыбельную. Колыбельную! Говорит, что не может без этого уснуть. Мужику 40 лет, «шкаф 2×2», сейчас за границей открывает третий филиал своего предприятия, суровый на вид дядька с татухой на полспины... А колыбельная нам нужна не абы какая, а из мультика про Умку — другие не катят. А я что? Я пою...

 

Родители до свадьбы встречались 7 лет, и все это время мама думала, что папа — дворник (он так ей сказал), а после свадьбы мама узнала, что он пилот боинга.

 

Мама разучилась разговаривать после инсульта. Речь восстанавливается плохо и медленно, но первой фразой, которую она освоила, стала: «Я люблю тебя, доченька».

 

В деревне у меня живет бабушка. При любой удобной возможности меня туда отвозили. Через один дом жили бабушка с дедушкой, и у них был внук, старше меня на 4 года, он нянчился со мной, когда я была кроха. В 3 года он мазал мне колени зеленкой. В 5 лет учил читать. В 10 защищал от мальчишек. В 15 лет я приехала в деревню, он был в армии, это было самое долгое лето. В 17 лет помог пережить смерть подруги. В 19 вытащил меня из депрессии. Сейчас мне 24, а ему 28. Сегодня он стал моим мужем.

Сидим с подругой лясы точим, она рассказывает, как удаляла волоски с верхней губы, рядом крутится мой муж. Подруга неожиданно обращается к нему с вопросом, не хочет ли он, чтобы его жена тоже удалила. На что тот невозмутимо отвечает: «Жена-гусар — это почетно!» — и продолжает дальше заниматься своими делами.

 

Холостяком не готовил себе еду, ел в столовых, кафе, покупал все готовое. Не потому, что я не умею готовить, а по той причине, что ненавижу мыть сковородки и кастрюли, особенно жирные и с засохшей едой, у меня просто фобия на этот счет, и нервов не хватает! Женился. И вот теперь, когда она просит меня помыть посуду, я молча иду и мою; мою и злюсь; психую, но мою; прихожу в бешенство, но тру до дыр эти кастрюльки. А все потому, что любовь к ней намного сильнее, чем ненависть к грязным сковородкам.

 

Мне 24. Брату 10. Пару месяцев назад села на диету, постройнела, похорошела. Недавно кручусь у зеркала, любуюсь собой, мелкий рядом тусуется. Пихаю его локтем в бок: «Слышь, человече, как, красивая у тебя сестра?» На что этот засранец с покерфейсом отвечает: «Знаешь, мне кажется, ты ни на грамм не похудела». Дождался, пока я проругаюсь, и с тем же непроницаемым лицом продолжил: «Как по мне, ты всегда была стройная и красивая».

 

Недавно рассталась с молодым человеком, которого очень любила; жутко переживала. А потом некий «тайный поклонник» начал задаривать цветами. И настроение само по себе сразу улучшалось. Вчера узнала, что «тайный поклонник» — это папа. Самый любимый и лучший папа на свете.

 

На 9-м месяце беременности попросила мужа накрасить мне ногти на ногах. Он долго отнекивался: мол, я не умею, не мужское это дело. Обиделась, ушла в душ и слышу: «Окей, гугл, как красить ногти?»

 

Живет у нас в городе один дедуля. И есть у него старенькая собачка. Совсем старенькая. У нее какие-то проблемы с лапами — совсем не ходит. Так вот этот дедушка, как только наступает весна и теплеет, берет ее на руки, выносит на улицу и гуляет: ходит часами туда-сюда, носит ее на руках, хотя собака не маленькая. Но какими же преданными глазами она на него смотрит... И лижет руки ему. Так грустно становится, когда вижу их. Можно ли быть большимчеловеком, чем этот немощный старик?

 

Работаю по сменам: двое суток на работе, двое дома. Жена начала собирать мне завтраки и всякие вкусняшки с сюрпризами. Радуюсь, как ребенок подарку, находя в коробках с едой записки, в которых она мне желает приятного аппетита и пишет, как сильно меня любит. Никто и никогда такого не делал для меня.

 

Недавно поняла, что такое любовь до гроба. Моим бабушке с дедушкой по 77 лет, и они все делают вместе. Но бабушка очень плохо видит, а дедушка слышит. Поэтому, как говорит бабушка: «Я за него слышу, а он за меня видит».

 

То, что беременные бывают странными и капризными, я знал. И был готов к этому. Точнее, считал, что готов. А теперь я пинцетом общипываю малину, потому что она «волосатая и колется»...

 

Большую часть своего детства провела, частенько бывая у мамы на работе в детском онкологическом реабилитационном центре. Так вот, на всю жизнь неизгладимое впечатление оставила одна 17-летняя девушка со своим парнем. У нее была остеосаркома, провели несколько сеансов химиотерапии, отрезали левую ногу выше колена. Как-то раз приехал ее навестить парень, та девушка ему и заявляет, мол, давай разойдемся, не хочу тебе жизнь портить. Парень сказал ей твердое «нет» и заявил, что она для него самая лучшая.


Не так давно случайно их встретила. Она в брючках, с протезом, само собой, идут, держась за руку, с ними двое детей. Разговорились, в разговор влез старший сын (ему 6), гордо заявив, что его мама самая лучшая, потому что она Терминатор.

 

 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

 

— Как зарождается любовь, — сказал Алехин, — почему Пелагея не полюбила кого-нибудь другого, более подходящего к ней по ее душевным и внешним качествам, а полюбила именно Никанора, этого мурло, — тут у нас все зовут его мурлом, — поскольку в любви важны вопросы личного счастья — всё это неизвестно и обо всем этом можно трактовать как угодно. До сих пор о любви была сказана только одна неоспоримая правда, а именно, что «тайна сия велика есть», всё же остальное, что писали и говорили о любви, было не решением, а только постановкой вопросов, которые так и оставались неразрешенными. 

 

Я понял, что когда любишь, то в своих рассуждениях об этой любви нужно исходить от высшего, от более важного, чем счастье или несчастье, грех или добродетель в их ходячем смысле, или не нужно рассуждать вовсе.

 

А.П Чехов "О любви"

 

А что это - "высшее, более важное", как думаете?

 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
19 минуту назад, Та Самая Алиса сказал:

 

 

 

А что это - "высшее, более важное", как думаете?

 

наверное,когда Другой так же важен как ты для себя.. и немного больше...

 Я поменяю свою душу на  благополучие Другого)

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

Среди миров, в мерцании светил
Одной Звезды я повторяю имя.. .
Не потому, чтоб я Ее любил,
А потому, что я томлюсь с другими.

И если мне сомненье тяжело,
Я у Нее одной ищу ответа,
Не потому, что от Нее светло,
А потому, что с Ней не надо света.

 

И.Анненский

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

За четыре века до н.э. об этом Аристотель в "Никомаховой этике" дает такое разъяснение:

 

"Любовь, таким образом, происходит скорее от дружбы, чем от чувственного влечения. Но если больше всего от дружбы, то дружба и есть цель любви. Следовательно, чувственное влечение или вообще не есть цель, или оно есть ради дружбы".

Идеологи человеческой культуры и морали с целью упорядочения сексуальных норм «пристегнули» их к любви совсем недавно.

http://www.lyubi.ru/psy22.php

 

я это принесла по причине того ,что Алиса оспорила  мои слова (Вычитанные в сети)насчет того,что любовь трансформируется в дружбу. А так же  потому что она говорила о страсти в любви)) как видим, это не  всегда  так)))

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

ЯВЛЯЕТСЯ ЛИ ЛЮБОВЬ СЧАСТЬЕМ?

Доктор психологии Лэнгле Альфрид о том, что с одной стороны, любовь связана с великим счастьем, но также влечёт за собой много страдания и боли, иногда является даже поводом к самоубийству.

 

Не так уж легко говорить о любви. У человека очень много противоречивого опыта, касающегося любви, поскольку это большая, огромная тема. С одной стороны, она связана с великим счастьем, но также влечёт за собой много страдания и боли, иногда является даже поводом к самоубийству.

Трудно говорить об этой великой теме, потому что есть очень много различных форм любви. Например, любовь родительская, братско-сестринская, детская, гомосексуальная, гетеросексексуальная любовь, любовь к самому себе, любовь к ближнему, любовь к искусству, к природе, к растениям и животным.

И, кроме всего прочего, любовь – центральная тема христианства, а именно, агапэ – любовь к ближнему. Мы можем переживать любовь в самой различной форме: на растоянии, платонически, в форме сублимации или в форме телесной любви. Любовь может быть связана с различными позициями, с садизмом, мазохизмом, различными перверзиями. И в каждом отдельном измерении из тех, что были названы, куда ни посмотри – это тема огромная, неисчерпаемая.

Прежде чем мы начнём, я хочу предложить вам вопрос: «Есть ли у меня вопрос в связи с любовью? Есть ли у меня проблема, связанная с любовью?» 

В 604 году до Рождества Христова Лао Цзы писал: «Долг без любви не радует (печалит). Истина без любви делает человека критичным (зависимым от критики). Воспитание без любви порождает противоречия. Порядок без любви делает человека мелочным» – это важно для студентов, профессоров; – «Предметные знания без любви делают человека всегда правым. Обладание без любви делает человека скупым. Вера без любви делает человека фанатиком. Горе тем, кто скуп на любовь. Зачем жить, если не для того, чтобы любить?» Это древнейшее знание.

Блестяще, мастерски Лао Цзы описывает здесь центральный момент любви: она делает нас человечными. Она делает нас доступными. Она делает нас открытыми и даёт нам возможность многих отношений, связей. Но как мы можем стать такими? Как мы можем научиться любить? О чём идёт речь в любви? Как мы можем сегодня переживать любовь?

Сегодня, в эпоху, когда любовь называют нестабильной утопией и когда некоторые представители современной литературы, современной философии говорят: исполнение тоски, томления человека по любви не даёт человеку счастья. Сегодня мы часто встречаем пессимистический взгляд на любовь. Огромный процент разводов свидетельствует о том, как трудно осуществлять любовь в жизни. Однако это не всегда было так. В эпоху романтизма господствовала большая вера в любовь. В христианстве любовь рассматривается как нечто центральное в жизни.

В этом докладе я бы хотел показать путь, каким любовь может вести к глубокому счастью, несмотря на боль, которая с ней связана.

Все мы, изучающие психологию, знаем: огромное число исследований подтверждают, что любовь – центральный элемент в здоровом развитии психики. Без любви наши дети растут травматизированными, они не могут раскрыть свои способности, найти самих себя; у них развиваются нарушения личности. Избыток любви делает то же самое: когда слишком много любви, она уже не может быть собственно любовью. И для каждого взрослого человека любовь – важнейшая основа качества жизни, необходимая для того, чтобы его жизнь была исполнена.

В многочисленных интервью с умирающими их просили ответить на вопрос: «Если вы посмотрите назад на свою жизнь, что было в ней самым важным?» И на первом месте из всех ответов было: мои отношения, мои связи с другими людьми, исполненные любовью.

Но любви угрожают, обращены против неё многие элементы жизни: как мы сами – наши задатки, наша ограниченность, – так и внешние условия – социальные, экономические, культурные. Поэтому давайте попробуем более пристально посмотреть, что же такое любовь.

Что является колыбелью любви? Любовь связана с постелью – надо оттуда и начинать. В любом случае, любовь – это отношение (связь). Отношения – это некоторая основа, постель, на которой любовь покоится. Отношения (связи) имеют известную характеристику, о которой мы должны знать, поэтому давайте несколько минут поговорим об отношениях, чтобы мы могли лучше понять, что значит любовь и где она осуществляется, в чём она состоит.

Отношение совершается между мной и каким-то объектом. Например, сейчас у меня есть отношение к вам, у вас – ко мне. Отношение означает, что я в своем поведении я учитываю другого, вхожу в его обстоятельства. На практике это значит, что я в вашем присутствии веду себя немного иначе, чем когда я один в своей комнате: например, в своей комнате я могу сидеть и чесать в затылке или почесываю свой нос, а поскольку вы здесь, я этого не делаю. Я как бы соотношу свое поведение с вашим присутствием. Таким образом, отношения влияют на мое поведение. Но отношения – это гораздо больше.

Отношение возникает даже тогда, когда я этого не хочу (непроизвольно). Отношение следует некоторому автоматизму. В рамках этой совершенно базовой структуры, когда отношение означает только лишь учитывание другого, я не могу уйти от этого отношения, не могу избежать его. Оно возникает в тот момент, когда я осознаю присутствие какого-то предмета или человека, когда я его вижу.

Например, если я иду и вижу, что здесь есть стул, я не иду дальше, как будто стула нет, но я обхожу его, чтобы не споткнуться. Это онтологический базис отношения. Я в своем бытии соотношусь с фактом бытия вещи. Это, конечно, ещё не любовь, но этот момент в любви всегда содержится. Если этот момент в любви не содержится, тогда будет трудно. Поэтому мы сейчас и занимаемся грамматикой любви.

Если мы делаем логическое заключение, то мы можем сказать: я не могу не иметь отношений. У меня всегда есть отношения, хочу я этого или нет – В момент, когда я осознаю или вижу, что кто-то не встречался тридцать лет, то в момент, когда я её вижу, когда она присутствует, вдруг возникает вся история наших взаимоотношений.

Таким образом, у отношений есть история и есть длительность. Если мы осознаем это, то мы должны будем относиться к отношениям очень внимательно. Потому что всё, что происходит внутри отношений, сохраняется внутри этих отношений навсегда. И то, что когда-то было очень болезненно – например, измена – всегда будет в наличии, всегда будет здесь. Но точно так же и счастье, которое мы переживали вместе. Как я обхожусь, как я поступаю с этими отношениями – это особая тема.

Давайте подведём итог: я не могу не быть в отношениях. Таким образом, я как бы принуждён иметь отношения. В отношениях сохраняется всё, что я пережил внутри этих отношений. Отношение никогда не прекращается.

Мы можем, например, разорвать отношения, никогда не говорить друг с другом, но отношение, которое есть между нами, всегда сохраняется и составляет часть моего Я. Это – стабильная постель, основа любви. И это даёт нам возможность осознать, что мы должны обходиться с отношениями очень бережно и очень ответственно.

От отношений мы отличаем ещё одно понятие, которое также очень важно для понимания любви – это понятие встречи. У встречи другая характеристика. Когда происходит встреча, то некоторое «Я» встречается с «Ты». Я вижу тебя, мой взгляд встречает твой, я слышу тебя и понимаю тебя, я говорю с тобой – встреча происходит в диалоге. Диалог – это некоторое средство, или среда, в которой осуществляется встреча. Диалог, который происходит не только в словах, но может состояться и через один лишь взгляд, через мимику, через поступок. Если я просто прикасаюсь к другому, между нами уже происходит большой диалог. Встреча происходит лишь тогда, когда «Я» встречается с «Ты». Иначе она не произойдёт.

Встреча точечна. Отношения линейны. Отношения мы можем представить в виде линии, а встречу – в виде точки. Бывают разные встречи, большие и маленькие. Встречи ограничены во времени, но они влияют на отношения. После каждой встречи отношения меняются. Отношения живут встречами. Если встречи не происходят, то тогда протекает чистая динамика отношений, психодинамика. И это неперсонально (безлично). Персональными отношения становятся только через встречу.

Я не могу переживать встречу с объектами. Отношения – могу. А встречи я могу переживать только с человеком, когда я встречаюсь с его Я в его существе (сущности). Тогда отношения становятся существенными, сущностными. И тогда они становятся персональными.

Как я могу узнать, что установились персональные отношения?

Если я чувствую, что меня воспринимают, видят, уважают, понимают. Я чувствую, что другой, когда мы с ним вместе, имеет в виду именно меня. Ему важен я, а не только наши общие дела, общая квартира, общие поездки, деньги, бельё, готовка и так далее, не только тело и сексуальность.

Если происходит встреча, каждый человек ощущает: здесь речь идёт обо мне. А мне важен ты. Таким образом, встреча – это жизненный эликсир отношений. Благодаря встрече отношения поднимаются на человеческий уровень. Вот такая дифференциация нужна нам, чтобы на этом фоне рассмотреть дальнейшее.

В дальнейшем я хочу дать описание любви, описание существенных содержаний любви. Я буду говорить о том, что, собственно, мы переживаем в любви.

Мой способ познания – феноменологический, который не выводит что-то из общей теории, но говорит исходя из переживания отдельных людей. Естественно, те размышления, которые я сейчас изложу, систематизированы и приведены в порядок; они хорошо разработаны в экзистенциальной философии и феноменологии. Я в особенности опираюсь на Макса Шелера, Виктора Франкла, а также на Хайдеггера.

Первый пункт, о котором все знают. Когда мы говорим о любви, что любим что-то или кого-то, это значит, что он нам очень ценен. Если мы любим музыку, мы говорим: это хорошая музыка. Если мы читаем книгу и любим данного автора, то этот автор или эта книга для нас обладают ценностью. Точно так же и если мы любим человека. Если я люблю человека, это означает, что этот человек для меня очень значим, очень ценен, и я это чувствую. Он – моё сокровище, мой любимый. Он обладает очень высокой ценностью, и мы говорим: моё сокровище.

Любимый человек нам нравится, мы переживаем в любви этот момент приятия, чувство притяжения: меня влечёт этот человек. Мы чувствуем, что это отношение благотворно для нас, и мы надеемся, что оно благотворно и для другого. Мы чувствуем – не думаем, но чувствуем сердцем – что мы как бы принадлежим друг другу.

Если я чувствую – это значит, что меня касается эта ценность в моём внутреннем, в моей внутренней живости. Благодаря человеку, которого я люблю, я переживаю, что во мне пробуждается жизнь, что она во мне становится более живой, более интенсивной. Я чувствую, что этот человек усиливает мою жажду жизни, делает моё отношение к жизни более интенсивным. Когда я люблю, я больше хочу жить. Любовь – это антидепрессант. Это значит чувствовать, значит, иметь другого наличным в своём отношении к жизни.

Итак, мы переживаем любимого человека как некоторую ценность в нашей жизни. Он мне небезразличен. Если я его вижу, моё сердце начинает биться интенсивнее. И это не только в любви к партнёру, но также и если я вижу своего ребёнка, свою мать, моего друга, то я чувствую, что меня что-то касается, что-то волнует; этот человек что-то значит для меня. И вот это и означает, что он ценен. Мы любим только ценное. Негативные ценности мы не можем любить. Например, если другой начинает причинять нам боль, причиняет нам страдания, нам становится сложно продолжать его любить. Любовь подвергается опасностям. Как только другой теряет свою ценность, любовь исчезает.

Пункт два. В любви мы переживаем глубокую обращённость к нам. Это значит, что другой говорит ко мне: его лицо, его жесты, его взгляд, глаза, его смех – всё это начинает говорить мне что-то и вызывает во мне резонанс. Любовь – это резонансный феномен. Любовь не есть давление потребности. Естественно, что в любви есть и этот момент. Но любовь находится не на том уровне, где сидят потребности. Они относятся к некоторым рамочным условиям любви, но не к её сущности. Центральный феномен в любви состоит в том, что мы как бы входим в некоторый резонанс с другим человеком.

Что входит в резонанс? Вы все это знаете. Когда видишь кого-то, и если появляется любовь, то возникает чувство, что мы знали друг друга всегда. Мы не чужды друг другу. Мы как-то относимся друг к другу, мы принадлежим друг к другу как две перчатки, которые друг друга дополняют. Это и есть резонансный феномен.

Вы знаете, что такое резонанс в акустике, в физике? Это явление удивляет, когда однажды его видишь.

Наиболее отчётливо это видно, когда в одном пространстве звучат две гитары: если обе гитары сонастроены и я струну с нотой «ми» у одной гитары трогаю, то на другой гитаре, которая стоит у стены, тоже начинает вибрировать эта струна, как будто её касается магическая, невидимая рука. Можно подумать, что это эзотерический феномен, ведь никто к ней не прикасается. Я к этой струне касаюсь, а играет и та струна тоже.

Этот феномен можно легко объяснить через вибрацию воздуха. И, по аналогии с этим процессом, в любви тоже происходит нечто подобное. Происходит нечто, что мы не можем просто объяснить давлением каких-то либидозных импульсов. Если бы мы так смотрели на любовь, это был бы редукционизм. Что же здесь вступает в резонанс?

С позиции феноменологии, любовь – это способность, которая делает нас ясновидящими, которая даёт нам возможность видеть глубже.

Макс Шелер говорит, что в любви мы видим другого не просто в его ценности, но в его наивозможно высокой ценности. Мы видим в максимальной степени ценность другого. Мы видим не только ту ценность, которой он является в данный момент, но видим его в его потенциальности, а это значит, не в том, что он есть, но в том, чем он может стать. Мы видим его в его существе. Любовь феноменологична в высшем смысле. Мы видим другого не только в его бытии, но в возможностях его становления. И чувствуем в себе резонанс, чувствуем, что мы друг другу подобны.

Гёте говорит о сущностном родстве: ценность, которую мы видим в другом, если мы его любим – это его сущность, то, что его составляет, что делает его единственным и неповторимым (незаменимым). То, что его характеризует, что составляет его ядро. Поэтому любимого человека нельзя заменить никем. Потому что это существо есть только один раз. Так же, как и я есть только один раз. Каждый из нас – единственный, и притом единственный в своём роде. И вот в этом сущностном ядре мы незаменимы. Если мы спросим того, кто нас любит: что ты любишь во мне?

Можно сказать лишь: люблю тебя потому, что ты такой есть, потому, что таково твоё существо, то, что я вижу. И, в сущности, мы ничего больше сказать не можем, если действительно любим.

Конечно, можно сказать: я люблю тебя потому, что с тобой секс замечательный. Но это уже любовь как бы на другом уровне.

Если мы говорим о сущности любви, о её ядре, то лишь тогда действительно происходит встреча с Ты, когда мне важен Ты. Когда у меня появляется чувство того, каков ты есть и каким ты можешь стать, и что это может быть хорошо, что я вместе с тобой. Моё присутствие, моё отношение к тебе может быть для тебя благотворным в том, чем ты можешь стать. Моя любовь может поддержать тебя в этом процессе развития, в котором ты можешь стать в большей степени тем, что ты уже есть. Моя любовь может освободить тебя к тому, что ты есть. Моя любовь может помочь тебе стать ещё более сущностным, так, что в твоей жизни будет больше сущностного.

Достоевский как-то сказал: «любить – значит видеть человека таким, каким его задумал Бог». Лучше сказать невозможно. Я очень благодарен Достоевскому за его глубокий взгляд также и в других аспектах. Это то же самое, что Макс Шелер выразил на философском языке: «видеть другого в том, чем он может стать – стать ещё лучше, в большей степени самим собой». И я открываю, обнаруживаю это в другом, когда во мне возникает этот резонанс. В моём существе я чувствую, что ко мне что-то прикасается, что-то обращается ко мне.

Когда я люблю, и во мне раскрывается нечто самое существенное. Не так, будто я сижу в субботу вечером и думаю, что бы мне такое сделать – а позвоню-ка я своей подруге. Это не существенное. Если нечто сущностно, оно присутствует во мне постоянно. Любящий всегда несёт любимого человека в себе, с собой. И любовь делает ясновидящим.

Карл Ясперс написал как-то: «с каждым годом я вижу женщину ещё более красивой…» – вы верите в это? И он ещё в продолжение написал дальше: «…но только любящий это видит». Таким образом, любовь есть переживание резонанса, возникающего благодаря глубокому взгляду в сущность другого, которая являет себя в моём существе.

Пункт три. Мы рассмотрели любовь как переживание ценности, затем мы более близко описали эту ценность, посмотрели на неё: это существо другого, которое меня в моём существе касается.

Теперь третье. В любви содержится некоторая позиция или установка. Любящий человек не только переживает, что он мог бы сделать другому что-то хорошее, но он хочет сделать другому что-то хорошее.

Любовь можно описать как некоторую позицию человека или установку. Она очень простая: я хочу тебе блага. Если я не ощущаю этого от другого человека, то маловероятно, что он меня любит.

Мы хотим нашим детям добра, нашему партнёру – чтобы ему было хорошо, нашим друзьям – чтобы им было хорошо. Это значит, что мы хотим поддержать их бытие, их жизнь; оказать им помощь, содействие, потому что у нас есть очень глубокое ощущение, сильное чувство по отношению к любимому человеку: это хорошо, что ты есть.

Любовь креативна: она питает, укрепляет, даёт, она хочет поделиться. Августин однажды сказал: «я люблю и потому хочу, чтобы ты был». Любовь поддерживает другого человека в его росте. Нет никакой другой лучшей почвы для того чтобы ребёнок мог хорошо расти, чем почва любви. Мы как бы сообщаем ребёнку: хорошо, что ты есть, и я хочу, чтобы тебе было в жизни хорошо, чтобы ты мог хорошо быть в жизни, чтобы ты хорошо рос, чтобы ты хорошо стал самим собой. Карл Ясперс считал, что это центральное определение любви, в котором любовь являет себя как нечто генеративное.

Во влюблённости речь больше идёт обо мне, потому что большая часть того, что я вижу – это мои собственные проекции, фантазии, желания. 

И то, что я вижу от другого, также даёт мне стимул к собственным фантазиям. Влюблённость околдовывает даже предметы, которые относятся к человеку, в которого я влюблён. Его машина – самая прекрасная на улице; его ручка (шариковая) – я храню её у сердца, она становится символом этого очарования, и это может развиваться вплоть до фетишизма. Мы можем после окончания это ещё обсудить.

Но в завершение я хотел бы ещё несколько слов сказать о сексуальности в любви. Есть гомосексуальная любовь. Она может быть столь же персональной, как и любовь гетеросексуальная. Сексуальность – это язык любви, так мы её понимаем. Сексуальность не только служит для продолжения рода; человеческая сексуальность – это форма диалога. И в этом контексте мы можем понять, что гомосексуальная любовь также может быть формой диалога, формой выражения того, что человек персонально переживает по отношению к другому. И если мы говорим, что любовь хочет иметь будущее и в своём генеративном аспекте открыта к чему-то третьему, то это не обязательно может быть ребёнок: это могут быть проекты или задачи, или просто празднование радости жизни.

Есть, конечно, и различия между гомосексуальной и гетеросексуальной любовью. Пожалуй, одно различие можно упомянуть: в гетеросексуальной любви эмпатия, способность сопереживать, понимать другого не так далеко простирается, как в гомосексуальной любви. Потому что другой пол имеет в себе что-то, чего у меня нет, что-то чуждое.

Источником сексуальности вообще, в том числе гетеросексуальной, являются тело и психика. Это некоторая чувственность на плоскости жизни. Французский феноменолог Мерло-Понти говорит об определённой двусмысленности любви: в сексуальности мы себя переживаем одновременно и субъектом и объектом. Мы с одной стороны являемся субъектом переживания, а с другой – являемся объектом для другого. И вот эти две стороны свойственны сексуальности – с одной стороны, персональная, с другой – предметно-функциональная. Сексуальность может углубить и сделать возможной встречу, но у неё есть и объектная сторона, в рамках которой другой служит для удовлетворения моих собственных желаний и потребностей, и обе эти стороны существенным образом относятся к сексуальности.

Удовлетворение собственного желания, радость жизни, переживание наслаждения как бы развивает моё отношение к телу, телесности. Благодаря другому человеку, я получаю более интенсивное отношение к моему наслаждению жизнью. Человеку это также нужно, это благотворно для него. Если в сексуальности содержится аспект встречи, то тогда мы переживаем целостность, тогда мы с другим человеком как бы полноценно вместе. Тогда мы общаемся и на чувственном, телесном уровне, и переживаем наше существо на всех уровнях человеческого бытия. Это высочайшая форма, в которой мы можем жить, проживать партнёрскую любовь. Потому что в этой форме любви осуществляются, происходят все её качества, в ней любовь реализуется и обретает действительное состояние.

Но в мире, конечно, сексуальность существует в различных формах и безо всякой встречи, когда речь идёт только о наслаждении, только обо мне, и другой просто нужен мне для этого. Здесь возникает много вопросов; некоторые принимают это как само собой разумеющееся, другие страдают от этого. В моей практике, прежде всего женщины страдают от такой сексуальности. Потому что если у женщины есть сексуальное желание, а у мужчины нет, то у мужчины нет эрекции, и он спокоен. Это некоторая несправедливость природы.

Переживание сексуальности без того, чтобы аспект встречи был в полной мере представлен, тем не менее, может принести некоторое переживание счастья. Естественно, при условии, что другому не наносится травма, например, путём насилия или соблазнения. Если в сексуальности на первом плане стоит объектный характер, мы можем переживать в ней свою жизненную силу, витальность, радость жизни.

Это не самая высокая форма, потому что измерение персонального в ней не развито. Но нельзя такую сексуальность с самого начала отвергать – при условии, что партнёр согласен на такую форму отношений. Однако человек тонко чувствующий ощущает, что чего-то в таком роде сексуальности недостаёт.

Я хочу завершить мыслью о счастье в любви. Счастье в любви – это мочь переживать, что некто вместе со мной меня разделяет и что я могу разделять бытие другого человека, что я приглашён к кому-то переживать его, чтобы мочь разделить с ним его бытие. Если я это приглашение переживаю как нечто прекрасное, в этом случае я люблю. Если я хочу быть, присутствовать при этом, то я люблю. Если я хочу ему добра, то я люблю.

Любовь делает человека готовым к страданию. Любовь – это глубочайшая страсть (страдание). Есть хасидская мудрость, которая говорит: любящий чувствует, что другому причиняют боль. Страдание в связи с любовью не только значит быть готовым к страданию, но это значит также и то, что сама любовь может быть причиной страдания. Любовь порождает тоску, которая в нас горит. В любви мы часто переживаем неисполненность, безответность и ограниченность.

Когда люди живут вместе, они могут причинять друг другу боль сами того не желая, из-за своей ограниченности. Партнёр, например, хочет поговорить или хочет сексуальной близости, а я сегодня устал, не могу – и это причиняет другому боль и мне тоже причиняет боль: здесь мы наталкиваемся на собственные ограничения. И формы, в которых люди могут, находясь в любви, причинять друг другу боль, весьма многообразны.

Очень важно знать, потому что это существенно относится к любви, что мы готовы вместе нести эту готовность к страданию. Только во влюблённости содержится остаток Рая. В реальной любви, которая осуществляется в жизни, есть эта теневая сторона. И эта теневая сторона даёт нам возможность почувствовать, насколько сильна наша любовь. Сколько может выдержать нагрузки этот мост любви. Совместно пережитое страдание больше связывает людей, чем совместно пережитая радость.

В любви человек страдает, несёт страдание, которое переживает другой. Если моему партнёру плохо, мне тоже плохо. Если моему ребенку плохо, то я страдаю. Любящий готов к эмпатии, он хочет быть близким к другому также и тогда, когда тому плохо. Любящий не хочет оставить любимого одного, и в такой ситуации любовь отчётливо проявляет себя.

Находясь в любви, мы страдаем от тоски, томления или горения в желании единства. И мы страдаем от того, что то, к чему мы стремимся – это единство – мы не можем его реализовать в такой полной мере, в какой мы этого хотим. И мы страдаем от того, что полной гармонии в любви, полного соответствия, к которому мы стремимся, не получается. Другой не соответствует мне в полной мере, он не есть я. Он другой. У нас есть некоторые общие пересечения, но есть и различия. Это может быть причиной того, что мы не можем полностью войти в положение другого, потому что он всё-таки не идеальный партнёр: что-то мне в нём не до конца нравится.

Когда возникают эти проблемы, человек имеет склонность отходить назад, и он ждёт: может быть, встречу лучшего партнёра? Но если тот не появляется, то человек возвращается: ведь уже два-три года вместе прожили, тогда вместе и останемся, может быть, поженимся даже. Но в таких отношениях остаётся некоторая сдержанность, не-до-конца-решённость: у человека не получается полностью сказать своё «Да» по отношению к другому, и человек может этого даже не осознавать в полной мере. У меня было много случаев, когда люди в ходе терапии обнаруживали, что они никогда по-настоящему не женились: они сказали ртом «Да», но сердцем не сказали. Навскидку, я полагаю, что примерно треть пар так живут.

Но счастье в любви – это если я могу тебе что-то сообщать, быть с тобой в общении, если я могу быть с тобой и тебе нравится, что я с тобой, так же как и мне нравится, что ты со мной. В основе этого феномена лежит резонанс: мы можем влиять на него, но не можем его породить. Мы можем усилить его благодаря решению и благодаря нашему вниманию. И там, где этот резонанс возникает, но мы не хотим осуществлять его в жизни, мы можем дать ему отзвучать, а на уровне жизни воздержаться от его реализации.

 

12115528_love_02.jpg

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

Талант любить - это дар, такой же, как любой другой талант. Я встречала в своей жизни людей, которые умеют делать из любви блестящий дивертисмент... месяца на два. Знала и таких, кто всю жизнь угрюмо любит одного человека, и самозабвенно вкалывает на него, не требуя благодарности. И я не знаю - что лучше.
Что же касается умения "быть любимым" - тут все гораздо сложнее. Оно присуще только очень эгоистичным, умным и расчетливым людям.
(с) Дина Рубина «Больно только когда смеюсь»

 

12717619_10153245193280899_3492335836520

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

С возрастом все меньше остается времени на то, что не есть любовь. На ссоры, упреки, доказательства, возражения, выяснение отношений, на злобу дня и ум веков, на критику и прогресс – ни на что не остается времени. Только успевай любить, обнимать, прижимать к себе, распространять вокруг себя тепло, купаться в тепле другого, слушать его сердце и дыхание, делиться и главным, и сиюминутным так, чтобы все это немедленно становилось общим. Входить в сплоченность тайны, переполняться нежностью и выплескивать ее из себя, сочетаться, сродняться каждой клеточкой, льнуть, приникать, вникать, воплощаться в ближнем. И спешить, отчаянно спешить с этой любовью, пока не угас в тебе ее источник, пока не растеряны средства ее воплощать, пока еще есть глаза, чтобы любоваться, и руки, чтобы ласкать, и сердце, чтобы мучиться и блаженствовать. Потому что ад, как сказано у Достоевского, – это осознание невозможности любить, чувство навсегда утраченных, не воплощенных возможностей любви.

Михаил Эпштейн

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

Любовь и криптография

Как безопасное программное обеспечение и шифрование помогли возникнуть старомодному роману

Оригинал: Quinn Norton
Love in the Time of Cryptography – Backchannel

Перевод: Вячеслав Голованов
Любовь и криптография / Geektimes

Если я и могу что-то рассказать о нём, так это о его мягком взгляде и удивительной улыбке. Он выше меня. Он хорошо разбирается в компьютерах. Он говорит по-английски с ужасным акцентом. Он дорожит своей частной жизнью.

В 2016 году, через несколько лет после того, как начался наш простой и приятный любовный роман, мы столкнулись с проблемой. Мы решили жить вместе, и решили, что я эмигрирую в Европу. Но для этого нам нужно было доказать государственным службам прочность наших отношений. Инструкция по тому, как это делается, тяготела к современным формам взаимоотношений: связи в соцсетях, электронные письма, чаты, фотографии счастливой парочки. Он прочёл эти инструкции и показал их мне. Мы засмеялись. Наши взаимоотношения практически не оставили следов в цифровом мире. У нас ничего такого не было.

Мы встретились за несколько лет до этого на вечеринке с алкоголем после хакерской конференции. Наш общий знакомый представил нас – меня по имени, его – по псевдониму. Мне он сразу понравился. Мы немного поболтали, но мне нужно было бежать. Я договорилась с ним о встрече в конце недели, и пропустила её из-за болезни.

«Ну вот, – подумала я, – и не сложилось».

Мы внезапно встретились через несколько недель на публичном IRC-канале, и я узнала его псевдоним. IRC – это большая система чатов, нечто вроде Slack для командной строки. В общем-то, Slack – это просто модный интерфейс для IRC со всякими новыми ништяками, но без новой приватности. IRC-сервер знает всё, о чём говорят, находясь на нём, как и Slack. Я написала, что всё ещё хочу пообщаться, но он сказал, что не бывает в IRC часто. Я дала ему свой адрес в Jabber, и предложила приватную переписку. И теперь мы уже смогли початиться.

Jabber отличается от большинства протоколов децентрализованностью. Нет никакой компании Jabber с серверами Jabber, как это принято у Google или WhatsApp. Это значит, что можно использовать серверы, поднятые кем угодно, в любой стране. Моим единственным способом связи с этим загадочным человеком (о котором я не могла перестать думать) был этот Jabber-адрес, и он настроил его так, чтобы отклонять все нешифрованные сообщения. Jabber сам не занимается шифрованием, но протокол OTR (Off-The-Record) создаёт слой шифрования внутри других систем общения. Всё выглядит так, будто я звоню вам, но общаемся мы на тайном языке, известном только нам двоим. Кто-нибудь может подключиться и подслушивать, но они нас не поймут. У OTR есть ещё одно свойство, Perfect Forward Secrecy. Оно обеспечивает создание новых ключей шифрования для каждой новой сессии, так что даже если расшифровать один из них, он будет расшифрован только в тот раз. Он не даст вмешивающемуся в разговор человеку доступа к прошлым или будущим сообщениям. Это выглядит так, будто когда я звоню вам, мы каждый раз выдумывали бы новый тайный язык для общения – язык, который мы с вами понимали бы сразу.

Мы начали нашу интимную и приватную беседу в нашем текстовом мирке на двоих. И эта беседа всё ещё продолжается. Большинство клиентов Jabber достаточно умные, чтобы сообразить – если беседа шифруется, логи вести не нужно, и в нашем случае это так и есть. Все эти ранние чаты исчезли. Некоторые помню я, некоторые – он, но большая часть пропала, будто разговоры под дождём.

Я помню, что постоянно жаловалась ему – на журналистику, источники, истории, письмо, на необходимость делать что-то важное. Он всегда вроде бы участливо слушал, что проявлялось в странном языке тела, существующем в паузах чата. Он был практичным, позитивным и вдохновляющим. Я помню, что сказала ему, как я разочарована в том, что я женщина, пытающаяся писать длинные субъективные статьи, и что я чувствую, что с социальной точки зрения мне многое недоступно. Он спросил у меня про подробности, и я выдала ему список всех тех причин, по которым, как я думаю, мой пол ограничивал мою работу. Он немного помолчал, ну а затем перепостил мне мой список, но уже в виде списка задач. Я посмотрела на экран и вздохнула. Мне хотелось заплакать, но одновременно я чувствовала, что время пришло. Я взяла этот список задач и превратила его в мой последний, самый длинный и самый лучший материал для Wired. Но он этого не помнит и просто верит мне, когда я говорю, что это было. В наш век, когда всё общение автоматически документируется, этот эпизод остался эфемерным и живёт в подвижных песках человеческой памяти – так, как когда-то вели себя все взаимоотношения.

«Мне кажется, что то, что мы храним у себя в голове, более важно», – написал он мне недавно по WhatsApp. «Ну а по поводу точности этого – пфф». Таково его пренебрежение к его цифровой точности, и оно кое-что значит. В ежесекундном ведении логов есть какая-то юридическая достоверность, но им не хватает импрессионизма, который лучше передаёт память. Я полюбила его не по конкретным его словам или предложениям. Я влюблялась в него постепенно, с течением времени, в промежутках между словами, поддерживаемых словами. Иногда нам не нравится терять слова, но забывание убирает и поддержку фиксированного прошлого – прошлого, которое всё равно не запечатлеть в лог-файле.

Первые недели превращались в месяцы, он стал моим воображаемым другом, человеком, о существовании которого не знал больше никто. Мы говорили ежедневно, обычно через OTR, всегда в зашифрованном режиме. Когда мы передавали файлы через незашифрованные программы и сайты, мы всегда шифровали его при помощи утилит командной строки и передавали пароли через OTR.

Это было не очень легко и требовало длинных, эзотерических команд вроде

> openssl aes-256-cbc -a -salt -in for-you.mp3 -out for-you.mp3.enc

Получалось, что хотя наше общение шло через открытый интернет, эти сообщения были лишь бессмысленными кусками текста без тех паролей, которыми мы делились в чате. Я начитывала ему в микрофон поэмы и отправляла ему. Я отправляла ему изображения. Точно не помню, и найти их уже не смогу, но я помню, что мне это очень нравилось.

Я хотела найти способ общения по телефону. Мы использовали TextSecure и RedPhone (позже превратившиеся в Signal). Мы отправляли изображения друг другу – обычно я ему, и обычно это были забавные вещи, которые я встречала в течение дня.

Я очутилась в Лондоне, и в шутку (и всерьёз) попыталась добиться, чтобы он приехал в гости. Он колебался, и внёс другое предложение – встретиться чуть позже в Люксембурге. Через несколько недель я была на Gare de L'Est, восточном вокзале
Парижа, с купленным за наличные билетом в руке, и садилась на экспресс до главной станции Люксембурга.

Я до сих пор не знала настоящего имени этого человека. Я даже не знала, что Люксембург – это другая страна. Мы провели чудесные выходные. Я сказала ему: «Я хочу показать тебе кино, чтобы помочь понять мою культуру и соотечественников», и показала фильм Джона Карпентера "Большой переполох в Маленьком Китае". Мы сидели на диване рядом, с ноутбуком, лежавшим на наших бёдрах, и смотрели кино. В конце он сказал, что ему очень понравилось. Днём мы гуляли в городе, сидели в парках и вместе ели еду на вынос. Мы разговаривали об интернете, активизме, журналистике и компьютерах. К концу выходных я знала, как его зовут, но всё ещё называла его по псевдониму – привычка.

Отношения до сих пор были платоническими, но я знала, что хочу большего.

Через несколько месяцев мы вместе отправились в Берлин. Стоя на балконе (мы были в квартире моего друга), ночью, я спросила, могу ли я поцеловать его, и он ответил «да».

Вскоре после этого я оказалась в сердце разразившегося в СМИ шторма, случившегося в результате трагедии. Моя жизнь взорвалась, и в промежутках между трауром и дебатами в СМИ я жила в какой-то ужасной трагикомедии, которую никак невозможно было отключить. Он стал моим укрытием, его квартира стала единственным местом, где я чувствовала себя в безопасности. Он ухаживал за мной, следил, чтобы я ела, обнимал меня, гулял со мной и позволял плакать у себя на плече. Когда наша связь могла стать достоянием общественности, он сказал, что не хочет участвовать в моих разборках со СМИ. «Если мне позвонит репортёр, я ему нагрублю», – сказал мне он. Я рассмеялась и согласилась. Мне тоже не хотелось в этом участвовать. Но и когда я уезжала, он был со мной, связываясь через построенные нами зашифрованные каналы. Я мало что помню об этом ужасном времени, но я помню, что чувствовала его безмолвное присутствие, находясь в тысячах километров от него.

Существует несколько наших совместных фотографий. Мало какие из них сделали мы сами – мы не любили сэлфи. Существующие у наших друзей фотографии мы попросили не выкладывать в онлайн.

Мы знаем, что смутная и мягкая анонимность наших взаимоотношений не будет вечной. Сомневаюсь, что у нас будет избыток цифровых каналов связи. Наши телефоны отслеживают те пути, по которым мы ходим, и они ещё долго хранятся в базах телекоммуникационных компаний (а с недавнего времени и в логах WhatsApp). Их сотовые вышки и логи GPS похожи на пути в лабиринте без стен, и эти линии сходятся и расходятся, и снова сходятся. Но то, что мы говорили во время этих прогулок, не сохраняется, даже у нас самих. Остаются только чувства, воспоминания и пути.

Эти пути уже пролегли по трём континентам, когда мы вместе путешествовали и часто наведывались к друзьям. Мы не храним отношения в секрете. Наши друзья и наши знакомые знают, что мы – пара, с небольшим уклоном в информационную безопасность. Я очень радовалась, представляя его своим друзьям и семье (сначала по псевдониму, потом по имени). Я чрезвычайно горжусь им, и у меня временами всё ещё кружится голова от того, что я провожу с ним время.

Мой роман научил меня, что наша эпоха цифровых данных отверждает проходящее время так, как раньше не бывало. У меня есть архив календарных записей и электронных писем, которые чётко свидетельствуют о времени и месте всего, что я делала. Я знаю, когда ко мне приезжал мой ребёнок, когда я в последний раз виделась с другом в Нью-Йорке, что я писала в последний раз, общаясь с мамой по e-mail. Но не с моим любимым. Для нас время более мягкое. Иногда мне кажется, что он всегда был со мной, иногда – что наши отношения только начались. Все остальные отношения в моей жизни гораздо более чётко зафиксированы.

«Каждый раз, когда я вижу старую почту, я испытываю странное чувство – будто мне больше нравится память о событии, чем точная запись о нём», – сказал мне он.

Он не имел в виду почту от меня. Мы никогда не писали друг другу e-mail.

Я расскажу вам о нём ещё кое-что. Он не терпит чуши. Он настроен на ясное и уместное общение и честность. Он редко видит смысл в намёках, особенно по важным поводам. Мы стараемся говорить друг с другом прямо. С годами через наши зашифрованные туннели мы рассказывали наши истории и объяснялись друг другу. Мы стали тихими голосами в головах друг друга. В отсутствии идеальной записи мы удовлетворились доверием.

Так оно и было в 2016 году, когда нам пришлось задокументировать наши отношения к удовольствию современного правительства. В конце инструкций, согласно которым мы могли сделать такую запись, мы обнаружили один старомодный вариант – письма от друзей и родственников, подтверждающих нашу любовь. Их мы и собрали.

Один друг писал в своём письме:

«До того, как наши пути разошлись, мы вместе ели чипсы, пили слишком много кофе и много смеялись. Увидев их здесь сегодня, я понял, как счастливы они вместе и как я рад, что они стали парой».

Другой писал:

«Я помню, как встретился с мистером **** впервые в сентябре 2013 года, когда они приехали ко мне в гости. Они произвели впечатление влюблённой парочки, и я не могу вспомнить, чтобы когда-нибудь видел её счастливее».

Не знаю, читал ли кто из чиновников эти письма – сегодня они, к сожалению, предпочитают метаданные реальной информации – но мы прочли. Видеть, как ваши друзья и семья подтверждают вашу любовь – это лучше всех сэлфи мира.

Я получила своё гражданство, разрешение от правительства жить с моим любимым в Европе и переехала к нему.

В мае прошлого года мы снова были в Берлине. Я затащила его в музей Штази. Когда мы попали в старый офис директора, я набрала в лёгкие воздуха и сделала ему предложение. Вместо кольца я дала ему USB-ключ (купленный за наличные; что там было, я не скажу).

Он сказал «да».

Затем посмотрел на меня с удивлением, и спросил: «Ты из-за этого всю неделю была на нервах?»

«Да! Это ужасно нервирует!» – сказала я, и мы отправились попить кофе. Вот так всё и случилось.

Но вам придётся верить мне на слово.

Куин Нортон, 1973 г.р. – американская журналистка, фотограф и блогер, пишущая о хакерах, Anonymous, интеллектуальной собственности, авторских правах и интернете. Была замужем за журналистом Дэнни О'Брайаном. После развода встречалась с Аароном Шварцем, интернет-активистом и IT-визионером. Шварца обвинили в краже интеллектуальной собственности за скачивание и выкладывание в общий доступ базы данных платных научных журналов, и в 2013 году он покончил с собой, не выдержав травли.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

Не знаю, насколько в эту тему, если что не так, то можно перенести. Или удалить. :rolleyes:

 

Шизоидный, нарцистический и невротический способы построения и завершения контакта.

 

В норме в каждом из нас в сбалансированном состоянии сосуществуют три линии развития личностных характеристик – невротическая (пограничная), нарцистическая и шизоидная. При акцентуации личности эти характеристики становятся чрезмерно выраженными особенностями, а при психопатии - гротескно выпуклыми странностями. Для иллюстрации я буду пользоваться метафорой, предложенной Данилой Хломовым в статье «Психодинамическая концепция личности»

 

Представьте себе трехголового Змея-Горыныча. Помните, как он разговаривал с Иваном-Царевичем? Вначале в переговоры вступала самая тревожная голова. Если она чуяла угрозу жизни, то толкала – будила - другую голову, более агрессивную и зубастую. Если двум головам не хватало ума разрулить ситуацию, они подключали третью – воплощение интеллекта и хитрости.

 

В соответствие с психодинамической типологией личности можно говорить о модальностях предъявления, или невротической, нарцистической и шизоидной формах контакта. В норме они взаимодополняют друг друга, делая опыт объемным и тем самым привлекательным. Но бывает так, что у человека чудовищно раздута одна из голов – например, нарцистическая невъебенность, и недоразвиты статегии поведения, связанные с осуществлением привязанности и любви. В таком случае мы можем говорить об уплощении опыта, его однообразии. Отдельный интерес представляют собой внутриличностные коммуникации голов. Например, человек с напряженной невротической потребностью в привязанности и любви слишком тревожен, чтобы сказать об этом внятно. Он может также не осознавать свою потребность, или вытеснять её из чувства ложного стыда. В таком случае невротическая голова безмолвно тычет в бок нацистическую, и в контакт предъявляется, например, агрессия. Формируется конфликт как единственно возможная форма близости. Или нарцистическая голова оценивает ситуацию как опасную для предъявления агрессии и в контакт идут смысловые потуги, или цыплячьие, бычьие и слоновьие дерьмо по Фрицу Пёрлзу. 

 

Варианты построения и завершения контакта:

 

1) Невротическое залипание. В контакт предъявляется беспомощная часть личности: слабая, ущербная, с комплексом неполноценности. Жалуется, демонстрирует зависимость от другого человека, занимает по отношению к собеседнику вертикальную позицию («собака снизу»). Регрессирует, боится, не верит в свои силы и возможности. Заботлива и угодлива, изачастую заботы так много, что в ней можно задохнуться (или захлебнуться). Поведение навязчивое, ходит следом, звонит по 100 раз на день. Физически присутствует, а эмоционально и личностно «растворена» в партнёре, поглощёна его жизнью и не живёт своей: не понимает своих потребностей, не устанавливает личностных границ, не говорит «нет». Жертвует собой и с этого имеет свои выгоды. Например, эмоциональный шантаж – давление на чувство вины: «Я ради вас всю жизнь отдала, а вы!!»  
В момент расставания из-за страха остаться одной не завершает контакт, «залипает» в отношениях, не даёт партнеру выйти из слияния. В терапевтической ситуации – затягивает время, не уходит вовремя, звонит в промежутках между сеансами. 

 

2) Нарцистическое обесценивание. Предъявляется не истинное «я», а «чудесная галлюцинация»: улучшенный и выхолощенный вариант себя. Гламурное «я» (с) является защитной маской и формируется из страха быть разоблаченным. Опасность представляет возможность обнаружения страшно постыдных дефектов: несовершенства, несостоятельности и ничтожности. Требования к Другому также нереалистичны. Вначале он идеализируется, затем наступает горькое разочарование с наказанием за несоответствие. Завершение контакта – резкий, безжалостный разрыв и обесценивание отношений, что делает невозможным интеграцию опыта и присвоение себе достигнутого результата. Само понятие результата для нарцисса весьма специфично. После того, как нарцисс добился установления отношений, то, ради чего они устанавливаются (близость, дружба, любовь), перестаёт его интересовать. Это напоминает охоту не ради еды, а сугубо из спортивного интереса. Как только цель достигнута - дичь убита - можно её выбросить. Обесценивая другого, нарцисс грандиозно раздувается и заполняет собой всё пространство межличностных отношений: «я – всё, ты – ничто».

 

3) Шизоидный уход. Из-за ранимости и уязвимости открываться эмоционально для шизоидов небезопасно, и подлинные переживания они удерживают внутри. Вместо того, чтобы «прочувствовать, как», предпочитают «объяснить, почему». В контакт предъявляют продукты интеллектуальной деятельности: оценки, мысли, объяснения, гипотезы и рационализации. Часто словесный мусор – информационный шум – замутняет сознание настолько, что встреча становится невозможной. В своих выводах не опираются на переживания тела и души, а оперируют усвоенными нормами, правилами и стереотипами (интроектами), или фантазиями (проекциями), поэтому зачастую имеют парадоксальную, непредсказуемую логику. Из отношений уходят из-за непереносимости ситуации, внезапно бросают, говорят, как всё надоело, что устали и нет сил быть во всем этом.

 

Существует также нормальные отношения с гуманным завершением – постепенным замедлением и своевременным отпусканием, которое складывается из невротической заботы о ближнем, нарцистической любви к себе и шизоидной потребности в уединении.

 

 А как вы завершаете отношения?(с)

http://users.livejournal.com/-esina/566118.html

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

Да много причин. Чувства исчезают у одной стороны, например. 

Удивил вопрос. Перекину его в другую тему.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
On 6/2/2017 at 4:32 AM, Карл Фаберже said:

Да много причин. Чувства исчезают у одной стороны, например. 

Удивил вопрос. Перекину его в другую тему.

Дело в том, что предложенная статья (или часть статьи) совсем не говорит о том, что отношения нужно завершать. И как их нужно завершать, чтоб без боли, и так далее.

Она анализирует специфические завершения отношений у людей, не умеющих их завершать нормально, у людей, у которых несбалансированны (или не правильно развиты? или...?) личностные характеристики.

On 6/1/2017 at 10:45 PM, Карл Фаберже said:

Существует также нормальные отношения с гуманным завершением – постепенным замедлением и своевременным отпусканием, которое складывается из невротической заботы о ближнем, нарцистической любви к себе и шизоидной потребности в уединении

А что, все заботы о ближнем - невротичны, все любви к себе - нарцисстичны, и потребности в уединении - шизоидны?...

Ох уж эти ярлыки...)

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

Это запись в живом журнале, а не статья. В ней именно и описываются варианты завершения отношений для разных типов личности.)

А нужно, или нет, это совсем другой ракурс.

Вот бывает что нужно, пока отношения не перешли в созависимость или невротизм. Или как там... штамп поставил(а), и всё, тяни лямку пока не гигнешься?

Ну как... не совсем как бы ярлыки, это же... кхм... хлеб твоих товаарищей по цеху.)

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
23 hours ago, Карл Фаберже said:

Это запись в живом журнале, а не статья. В ней именно и описываются варианты завершения отношений для разных типов личности.)

А нужно, или нет, это совсем другой ракурс.

Вот бывает что нужно, пока отношения не перешли в созависимость или невротизм. Или как там... штамп поставил(а), и всё, тяни лямку пока не гигнешься?

Ну как... не совсем как бы ярлыки, это же... кхм... хлеб твоих товаарищей по цеху.)

Маловато чота - вариантов-то, да и они какие-то...больные)

 

Нет, я не об этом. Бывает - живешь и живешь, бывает по разному, но люди-то близкие, чего же с ними-то отношения завершать?...тут ведь говорится про больные, не совсем нормальные отношения, а и даже не совсем нормальные отношения, к примеру, с ребенком, или в родителем - тоже завершать? невротически-нарцисстически-шизоидно?..даже в якобы нормальном варианте?

 

не, что-то тут не то

 

В бихейвиоризме ярлыков не так уж много.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

В бихейвиоризме и содержимого психики-то нет. Стимул --> реакция. )) Шутка.

Ну, не то, так не то.

Вообще же, доля нарциссического, шизоидного и невротического типов реагирования присутствует абсолютно в любом человеке. Это "психодинамическая концепция личности", - кратко пересказываю тебе первый абзац статьи.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

Создайте аккаунт или войдите в него для комментирования

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать аккаунт

Зарегистрируйтесь для получения аккаунта. Это просто!

Зарегистрировать аккаунт

Войти

Уже зарегистрированы? Войдите здесь.

Войти сейчас

  • Сейчас на странице   0 пользователей

    Нет пользователей, просматривающих эту страницу.

×